Читать онлайн
Этот мир, на реальный похожий…

Этот мир, на реальный похожий…

Виктор Серов

Редактор Виктор Серов

Иллюстратор Виктор Серов

Дизайнер обложки Виктор Серов

© Виктор Серов, 2019

© Виктор Серов, иллюстрации, 2019

© Виктор Серов, дизайн обложки, 2019

ISBN 978-5-4496-8497-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Об авторе

Виктор Серов – Первослав, поэт из Тверской области, который обрёл уже некоторую популярность своими ироничными, любовными и философскими стихами.

Стихи автора широко читают в соц. сети ВК и на сайте Стихи.Ру.

«Этот мир, на реальный похожий…», сборник стихов написанных в 2018 году. Философские строки-измышления заставляют задуматься читателя о былом, настоящем и будущем, о жизни реальной и духовной.

Автор пишет много о природе, о людях и о своих переживаниях за свою малую Родину – п. Максатиха в Тверской области, в прочем как и все поэты и писатели живущие на Руси.

Виктор Серов уже немало прославил Тверскую землю и её земляков в своих стихах. Можно смело сказать, что автор уже вошёл в списки авторов современников проживающих на Тверской земле. Желаем ему и дальше развиваться на творческом пути!

С уважением, редакторский коллектив группы «Сосновые берега» в соц. сети ВК.

Этот мир, на реальный похожий…

«А кто сказал, что не рождаются людьми…»

А кто сказал, что не рождаются людьми,
Что мы людьми становимся взрослея?
Сказал бы я иначе, чем они —
Мы Человеками младыми рождены,
Вот только старше становясь – увы, глупеем!

«Бегущая вперёд пустая жизнь…»

Бегущая вперёд пустая жизнь,
Как поезд, уходящий от вокзала.
Рождение, полёт и эпикриз,
И тишина… Как времени всё ж мало.

Бредущие вперёд с пустым лицом,
Забытые, потерянные люди,
Заканчивают жизнь одним концом,
Гранитные кресты и камни-судьи.

Мелькают вдаль года и города,
Как будто кто-то тянет за верёвку
И не дадут здесь отпуск никогда,
Где можно будет сделать остановку.

Где можно будет воздуха глотнуть,
Без бега, раскрываясь грудью полной.
Но не сбежать, с дороги не свернуть
И не пойти тропинкою знакомой…

Рожденье, бег, полёт, сердечный криз,
Стучится счётчик памятных мгновений.
Бежит куда-то вдаль пустая жизнь,
Ломающая судьбы поколений…

Взлетев однажды к небесам…

Взлетев однажды к небесам,
Свобод ничьих не попирая,
Судьбу свою ты строишь сам,
Лишь направленья выбирая.

Там, в мнимой лёгкости пути,
Где только дым речной и ветер,
Казалось просто всё – лети,
Свободней нет тебя на свете.

Там, под покровом темноты,
Средь звёзд мерцающих летая,
Не встретишь злобной суеты,
Там тишина звенит немая…

Но там нет жизни в небесах,
Там нет любви и расставаний,
Там нет и радости в глазах,
И жарких полночных признаний.

Взлетев однажды к небесам,
Ты всё, что можно, не познаешь
И в тот же миг, поймёшь всё сам,
Как много ты всего теряешь…

Вокзал

Как пустыня – перрон и звенящая зала,
Эхом, словно меж гор, шёпот в стены стучит…
– Что ты делаешь здесь, в каземате вокзала?
Только ветер в трубе и по стёклам гудит.

Заповедная глушь, только город не дальний,
Никого уже нет – кто в Москве, кто забыт,
И романтики нет в тишине привокзальной,
Всё разъел наш росийский, издевательский быт.

Расписанье старо… – Есть здесь кто – подскажите!
Эхом звон в потолок, штукатурка об пол.
– Если поезд пойдёт, вы его придержите!
Мне б, хотя бы, запрыгнуть в предпоследний вагон.

Словно месяц прошёл – объявили входящий,
Вот и я покидаю этот призрачный град.
Где-то в прошлом мой дом – был-ли он настоящим?
Лишь столбы-семафоры тусклым светом горят.

Уплывает перрон и пустые глазницы,
В горле будто комок и в тумане вокзал.
– Трогай, трогай скорей! Ход прибавьте возница!
Я уже на сто лет от себя опоздал.

Убежать-бы быстрей, чтоб начать всё сначала,
Выйти вновь на перрон и друзей повстречать.
Я хочу в то» кафе, что всегда у вокзала —
Я любил там бывать и за чаем скучать.

Но, вернусь-ли сюда, к этим старым строеньям,
В мой пустой городок, где ночами темно,
В мой забытый вокзал и в кафе, где варенье,
Где играл гармонист песню – «Нам всё равно»…

Волчица

В сумраке ночном не спится,
Заблудился во полях,
Повстречался там с волчицей —
То ли в яви, то ли в снах.
Взгляд не серый, а небесный,
В ярком свете от луны,
Пела вольных странствий песню,
Будоража людям сны.

Разбудила среди ночи,
Будто звала за собой —
Звали голубые очи,
Да протяжный её вой.
Словно плачет по кому-то
И скулит, скулит, скулит…
Жутко стало одному-то,
Жалок был волчицы вид.

Что-то было в ней знакомо,
Что-то было в ней своё.
Словно женщину из дома,
В поле выгнали её.
Вот и плачет и стенает,
И зовёт к себе кого,
Видно дом где свой не знает,
Может нет уже его…

Но лишь только скрылся лунный
Диск за облачной горой,
Ветер с леса резкий дунул
И развеял волчий вой,
И пропала вмиг волчица,
Растворилась в темноте…
В сумраке ночном не спится,
Слышится волчица мне.

Время

Не угнаться за ним – только в прошлом считаем минуты,
Стрелки плавно текут, осыпаясь песком на стекле,
Вроде всё ж не стоим, а бежим – икры, мышцы раздуты,
Наковальня в груди и солёный ручей по спине.

На колени сгибаясь под тяжестью груза столетий —
Вот дыханье б не сбить, водрузить себя на пьедестал,
В дырах жизнь на пути – из приставок, да из междометий —
Кто-то всё разделил, ну а кто-то минуты, часы недодал…

Мутно, словно туман, эфемерное тянется время,
Главный спринтер в пути – постаревший душой человек,
Но мешает песок – по стеклу растекается бремя,
Если ракурс сменить, то бежит, растворяется век…

«Вся жизнь как будто чёрствый хлеб…»

Вся жизнь как будто чёрствый хлеб,
И все сомненья – жгучий перец,
А впереди лишь тусклый свет —
В потоке лжи и счастья нет —
А где могло, там желчь и ересь.

Среди протоптанных дорог,
Ища свою без ям, прямую —
Ведь до сих пор сыскать не смог —
Кляня стезю и жизнь земную,
Боясь свалиться за порог…

…Тоскливой скуки не понять,
Когда влеченье охладело,
Как дальше быть и где искать —
Всё неизвестное познать —
Лишь не сидеть, чего-то ждать,
И не стоять, а что-то делать…

Пол корки чёрствой перемял
И голубям скормил от скуки —
Да, опускались было руки,
Но всё же жизни суть познал,
А перец отдал лживой ссуке.

Весь мир и тысячи дорог,
Где всё-равно свою узнаешь —
Уехал всё-таки, не смог,
Лишь к детям чувства все сберёг —
Святое это, ты ведь знаешь —
А по-другому вряд-ли б смог…

Красивый край, душевный мир,
Везде встречают хлебом-солью —
А тот, что в сердце сохранил,
Припомню с чистою любовью,
Он больше всех мне всё же мил —
А здесь мне нравится, не скрою.

«Две реальности наших миров…»

Две реальности наших миров,
Мир цветов и духовный, небесный.
Так красиво! В груди сердцу тесно
И плывёшь от реальных духов.

И нет чище и нет их кристальней,
Тех цветов и лесов, и полей,
Синь бездонная в дальности дальней —
Это счастье над Русью моей!

Движение

Движение в надуманном пространстве —
Мне б заглянуть за тысячи миров,
Реальность далека от постоянства —
Мгновения и буквицы без слов.

Вселенская картина мирозданья
И мутная космическая пыль…
Как тяжело слепому осознанью
Постичь всю мудрость Камня Алатырь.

Деревни, дороги…

Деревни, дороги – надежды, тревоги,
Безлюдная немощь страны.
Обмана не мало – посулов так много,
А люди, кому же нужны?

И вся нищета на показ перед миром —
А будет ли лучше потом?
Ворует мужик – не до жиру, быть живу…
Излишки пропьют всем селом.

А что до тревог – рыба тухнет не с тела —
В Москве наплевать на людей.
Правитель ворует, другим не до дела —
Гордятся страною своей.

Как жизнь не проста, на блохе не объехать,
Но верим – вот-вот и взойдёт!
В глубинке, в селе не пройти, не проехать —
Когда-нибудь всё ж повезёт.

Вот вам и тревоги – а были-ль дороги?
Что ж стало с великой страной?
Москва? Да плевать! Обещают там много…
Изменится всё, но весной!

Дни рожденья не помню – болело…

Я закладок на даты не делал;
Дни рождения, праздники – так
Не хотел просто помнить – болело,
Иногда вспоминал кое-как.

Приходило средь ночи – свербило,
А потом до утра вспоминал —
Что-то было, конечно же было…
Неужели опять опоздал?

Озаренье приходит, но поздно —
Дни рождения в прошлом уже.
Сожаленье вернуть не возможно —
Моей памяти нужен сюжет.

Чтобы вспомнить, нужна мне картинка,
Помнить даты так трудно увы —
Я отвечу, почти без запинки,
Где, когда, повстречались мне вы.

Но не ждите, что вспомню о вас,
В день какой-то, проснувшись однажды —
Календарь подарите бумажный
И отметьте рождения час.

Позвонить в день рождения вам
Обещать я не стану – проблемно!
Помнить даты – какое уж там,
Как-то вспомнил, да сильно болело…

Его спросили…

Его спросили: – Шут ты иль король?
Всё у тебя иль просто, иль задаром.
А он молчал, но вроде не немой,
С седой главой, хотя и не был старый.

Его спросили: – Кто же ты такой,
Идёшь вперёд, не ведая преграды?
Он отвечал негромко, без бравады:
– Я Человек, мой Мир всегда со мной!

Если наперёд…

Растворяясь в километрах судеб и дорог,
Жизнь, бегущей кинолентой, бьётся о порог.
И стучится во все окна, только не усни,
За себя, не за кого-то, дни считай свои.

Если что-то не понятно, посмотри назад,
Бормотание невнятно… Кто ж в том виноват?
Ни тебе-ли было надо, чтоб вперёд бежать,
Получать пинки-награды, лидеру подстать…

Ты ведь сам таким родился, время выбирал,
Не стоял, не спотыкался и не долго ждал,
Но коль финишную ленту грубо пересёк,
В этой жизни-киноленте, всё же ты игрок.

Игрокам все лавры мира, кубки медали»,
Им машины и квартиры, «ихние» рубли,
Так что ты брат не шугайся, жизнь дала урок…
Пусть твоя судьба-бродяга бьётся о порог!

«Вся жизнь, как смотанный клубок…»

Вся жизнь, как смотанный клубок,
Чем старше мы, тем меньше шарик…
Ещё б в него вплести моток,
Но, вряд-ли кто его подарит.

И чем быстрее жизни бег,
Тем тоньше нить в мотке из жизни.
О Макошь, дай подольше жить!
Успеем мы гулять на Тризне…

Захромал на одно крыло,
Над землёю взлететь пытаясь —
Но не всем ведь летать дано,
А иные и не старались…

«Сколько раз получалось так…»

Сколько раз получалось так,
Что взлетал высоко и падал —
Все твердили: Какой чудак!
На коленях бы ползать надо.

Но не червь он для всех, не крот —
Был рождён, чтоб летать высоко.
Свет рассвета в полёт зовёт,
В небеса, где не одиноко.

Полетел и с одним крылом,
Принимая небесный вызов,
Чтобы вновь обрести свой дом
И свой воинский дух возвысив.

Ветер в небо его вознёс —
Не на крыльях – на воле вольной
И над всею землёй пронёс.
Подарив ему мир свободный.

Не крылом он хромал – душой,
Может был одинок немного,
Но взлетев, обретал покой,
И любовь, что томилась долго.

И в поле воин, хоть един

И в поле воин, хоть един,
Коль цель поставлена, и сила.
И будет впредь непобедим,
Покуда Русь ему любима!

Доколе крепкая рука,
Сжимает меч-клинок булатный,
Те, кто со злом, издалека —
Уйдут не солоно обратно.

А тех, кто предал дом родной,
Тех будут бить кнутом нещадно
И скажут: Прочь поди изгой!
Не будет им пути обратно.

И слово им ни кто не даст —
У них был шанс на исправление,
Так что подумайте сейчас,
Те, кто свершали преступление.

С народом вы иль без него,
Враги иль братья нам по крови —
Мы не бросаем своего —
Здесь каждый Рус на поле Воин!

Идём-то все одним путём…

Мы все идём одним путём,
Одной проторенной дорогой,
Корпим, корпим и не дойдём,
То здесь свернём, то там свернём,
А по прямой-то ведь не много.

Так что ж, дойдём ли мы когда,
Как долго будем спотыкаться?
Но путь-дороги в никуда,
Кривы, и спутаны всегда.
Так может смысл есть остаться?

Так что, проблема-то не в нас,
В дорогах надо разобраться?
Сойти с неё ведь можно в раз
И в день любой, и даже в час,
Как далеко бы не забрался.

Пряма-ль дорога иль крива,
Иль в гору вверх, иль вниз с откоса.
А что петляем иногда,
В тупик заходим, иль куда,
Так то же выбор наш осознан.

«Интереснее всё ж впереди…»

Интереснее всё ж впереди,
А не в прошлом бетонно-бумажном —
Не войти в одну реку нам дважды,
Как ни бейся и как ни крути.

Нам неведомых в жизни дорог,
Исшагать бы хотя б половину,
Не топтать бы на месте мякину,
Не искать бы в истоптанном прок.

Опыт прошлого, только лишь опыт,
Нам подсказки дающий как жить,
Только б будущее не прохлопать,
Но бывает, что надо спешить…

Каждый миг…

Что ни день, то мгновение безудержной жизни,
Без повторов – полшага, минута, момент.
Мы спешим – от рожденья спешим и до тризны,
С каждым шагом воздвигая себе монумент.

Там вся жизнь, в ней любовь, идеалы и верность,
Каждый день – только мимо пройти не спеши.
И минута, где радость, величие, щедрость —
Это часть нашей славной, безсмертной души.

Если долгий, но правильный путь выбираешь —
Без изъянов, без выбоин твой монумент.
Каждый день, каждый миг и свой шаг постигаешь,
Созидая и годы, и час, и момент.

В день любой, осмотрись и ступай осторожно,
Этот миг без повторов, он только для нас.
В каждом он и с рождения в души заложен,
Чтоб понять, что мы завтра и здесь, и сейчас…

Как много вопросов

Как много вопросов – а где же ответ?
В смятении душа и запинок не мало,
Три шага вперёд, пустота и запрет…
А можно назад? Нет, не стоит – не надо.

Шагать по забору – не кошка, живи!
Увидишь просвет – поздравляю, проснулся!
Не меряй шагами, вся жизнь впереди.
Бывали такие – бежал, да споткнулся.

И вроде под шаг начинаешь считать,
И каждый вопрос, то ступень на полшага.
Тебе-ли ответ на вопросы не знать?
Запреты – плевать! Разве нам это надо?

Вперёд посмотри, там финал впереди,
Там мудрость твоя словно горы Памира,
А в ней все ответы – ну что ж ты, не жди!
Ты путь свой прошёл, обойдя не полмира.

Вопросов так много, ответ лишь един —
Тебе это нужно? Вся жизнь на ладони.
И помни, что в мире ты был не един,
Тебе помогали – и это запомни.

Когда-нибудь поймёшь…

Когда-нибудь проснёшься и поймёшь,
Что ты не стал моложе и отважней,
Что в одну реку дважды не войдёшь
И жизнь свою прожить не сможешь дважды.

А посему, пока ещё живой
И, полон сил, отваги и стремленья,
Не замыкайся – будь всегда собой,
И жизнь сама к тебе проявит уважение.

«Средь серых, душных городов…»

Средь серых, душных городов,
Мне не понять, как вы живёте,
В коробках каменных гниёте,
Лишившись запахов лугов.

Лишившись неба и лесов,
И рек широких и глубоких,
Полей бескрайних, гор высоких,
Лесистых, северных холмов.

В бетонных ваших городах,
Укрывшись каменным забором,
Всегда с потухшим, вялым взором,
С собой и с жизнью не в ладах.

Крылья

Льётся с неба чарующий свет как живая водица,
Пробуждая все чувства и с ними желание жить —
Этой чистой, небесной водою никак не напиться,
Это небо – кристальную синь, никогда не испить.

Тихий шум за спиной и огромная тень надо мною,
Шелест крыльев не вызвал ни шок, ни испуг.
Стал вдруг легче, поднявшись над серой землёю,
Так летали орлы – говорил умудрённый мой друг.

Этот свет по утру, породил превращение в птицу,
Подтолкнув к возрождению знаний далёких миров.
Многим людям забытое время ушедшее снится
И умения древних, может рядом живущих Волхвов.

Переполнилось всё этим радужным, жизни дающим,
Проникая вовнутрь, поглощая холодную ночь,
Светом чистым небес, как водою живой, вездесущей,
Растворяющей хворь и унынье смывающий прочь…

Чистый-чистый рассвет – новый день и опять за спиною,
Поднимается тень, но сейчас стали крылья сильней.
Вновь стал легче, опять полетел над землёю,
Чтоб будить остальных, ещё спящих как будто, людей.

Кто вам дарует вдохновение?

Кто ж вам дарует вдохновение,
Вы по наитию иль нет,
Свои слагаете творения,
Под вечер, ночью иль в обед?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.