Между плотно наставленных машин во двор протиснулся серебристый полицейский «мерседес», помаргивая люстрой. Задняя дверь машины открылась, оттуда выбрался полковник, взъерошил ежик седых волос, вздохнул и направился к подъезду. Операторы вскинули камеры на плечо. Перед полковником выросла бойкая девушка в строгом костюме и профессионально сунула ему под нос пухлый микрофон с ярким лого телеканала:
– Константин Сергеевич! Раз вас вызвали, это все – правда?
Полковник приподнял бровь, и рядовые, караулившие вход в общежитие, бросились в толпу, создавая коридор для начальства. Один из них, вытянувшись, открыл дверь. Полковник, не оглядываясь, скрылся в полутемном коридоре за тяжелой дверью.
Журналистка разочарованно опустила микрофон. Оператор снял с плеча тяжелую камеру и устало разминал плечо.
– Может, в студию, Маш? Третий час караулим.
Девушка задумалась на секунду, потом мотнула головой:
– Видел, кто приехал? Максимов! Караулим до победного…
***
Комнату общежития заливало желтым светом низко висящее солнце, выходившее из-за соседнего корпуса только во второй половине дня.
На одной из двух кроватей высокая светловолосая девушка разложила несколько ярких топов и юбок, придирчиво выбирая подходящее сочетание. Ее кожа, прикрытая только тонким бельем, как будто светилась в лучах из окна, выдавая юный возраст. Девушка недовольно нахмурилась, отложила в сторону один из вариантов, задумалась над двумя оставшимися. Потом повернулась к соседке, что-то неслышно сказала.