ГЭВИН – солдат армии северян, 19 лет.
ФЭЙ – женщина, 35 лет.
ХОЛЛИ[1] – ее дочь, 17 лет.
РОБИ, муж Фэй, 54 года.
МИССИС РОБИ – его мать, 75 лет.
Часовня у дома в Мэрис-Гроуве, штат Мэриленд
Рождество и Новый Год, 1864-65 гг.
Часовня у дома в Мэрис-Гроуве, штат Мэриленд, Рождество и Новый Год 1864-65 гг.
Четыре деревянных стула, кресло-качалка, там и тут несколько ступеней. Свет падает под углом через окно-витраж. Повсюду веточки остролиста[2].
Все актеры на сцене постоянно и зрители их видят. Время от времени они движутся, но их действия на сцене не иллюстрируют события, о которых идет речь в диалогах. Движения определяются, скорее, эмоциональными реакциями по отношению друг к дружке и к сказанному.
(Когда медленно зажигается свет, мы видим пять человек. Они напоминают сомнамбул, двигаться могут – не застыли. Они знают о существовании других, иногда говорят друг с дружкой, иногда – нет).
ХОЛЛИ. Накануне Рождества мой отец нашел солдата, в снегу, в темном лесу, привез домой и устроил в часовне у нашего дома. Моя мать омыла его рану.
ГЭВИН. Между сверкающих дубов, под пение птиц на ветвях, я пришел под Рождество в Зеленую часовню Мэрис-Гроува, штат Мэриленд, Богом забытого месте, где я никогда не был, но почему-то чувствовал, что бывал раньше.
ХОЛЛИ. Мой отец охотится на оленя, который есть мясо, на дикого кабана, который есть дьявол, на лиса, который есть мир.
ФЭЙ. Иконография. Средневековая иконография. Я – наука о символах, только теплая, из плоти и крови, мое тело – иллюминированный манускрипт, я жажду нырнуть в светло-зеленый переплет, стать одной из книг, которые я читала, средневековых книг. Книги – это все, что у меня есть.
ХОЛЛИ. Вот это неправда. У нее есть муж, который охотник, и дочь, которая я.