Сознание будоражило и сбивалось. Тело проваливалось в сон, а мозг то ли кипел, то ли бродил. «Бум! Бум! Бум!» – раздавалось в ушах, словно насекомое, забравшись в ушной проход, ходило по барабанной перепонке.
Сон обволакивал и тянул на дно, но Валька сопротивлялся, цепляясь за края сознания.
Какое-то шуршание и скрип опрокидывали и манили. Тело размягчилось, лицо оплыло и вжалось в подушку. Тонкой струйкой слюнка потекла из открывшегося рта. Сил напрячь нижнюю челюсть уже не было, и, уютно почавкав, оказав последнюю попытку сопротивления подергиванием правой ноги, Валька провалился в сон.
Тело стало невесомым и вошло в ворота.
Ворота были огромные, обвиты то ли плющом, то ли вьюном. Валька не очень понял, так как был далек от ботанических изысков.
Врата окружали облака, и вся конструкция словно висела в воздухе.
Валька приблизился и вошел.
Ему на мгновение почему-то показалось, что невидимая стража не пустит его, но, напротив, врата легко распахнули, впустив визитера так, словно именно его здесь и ждали.
Валька вошел, и его мозг затопили звуки. Их было много, разные, упругие, они проникали в сознание или выходили из него…
В этом сплетении он обнаруживал странные на первый взгляд звуки и образы, возникающие вслед за ними.