Продолговатый череп, покрытый копотью, разящий табаком, скакнул в темный угол склада, и тут же раздался характерный звук чего-то разбившегося.
– Велиар! – Мадиас хотел как можно громче и злее гаркнуть, но поперхнулся, закашлялся.
– Это не я, – раздалось меланхоличное из противоположного угла.
– Не ты, – прохрипел старый черт содранным от кашля горлом, – это гадина твоя парнокопытная! Убери эту заразу отсюда! Где я теперь пепельницу такую найду?
– Да у дяди этого дерьма навалом…
– Убери, я сказал!
– Псих, сюда иди.
Из темного угла, прикрываясь остатками черепа, неуверенно, едва заметно дрожа, показался маленький черт.
– Гадина такая! – рявкнул хранитель, замахнулся на озорника корявой клюкой.