© Березко В.Э., 2020
© Оформление. Издательство «У Никитских ворот», 2020
– А теперь предлагаю вынести вопрос о персональном деле комсомольца Квитко на голосование. – Голос секретаря комитета комсомола Виктора Ветрова звучал непривычно строго. В нем проскальзывали нотки раздражения, обиды и желания отомстить. – Кто за то, чтобы собрание проголосовало и приняло решение по указанному вопросу? – Он требовательно и выжидающе смотрел прямо в зал.
Под этим пристальным взглядом одна за другой стали подниматься руки присутствовавших на комсомольском собрании комитета комсомола Московского медицинского стоматологического института. И только один парень сидел неподвижно и с ухмылкой рассматривал лица тех, кто заседал в президиуме собрания. Ветров взглянул на него более жестко, нежели на остальных.
– В чем дело, комсомолец Воронцов? Ты за? Или против? Против, как я понимаю, коллектива?! – язвительно добавил он.
Парень неторопливо поднялся со стула. Он был невысокого роста, широк в плечах. Жестковатые прямые волосы не были уложены в идеальный пробор, как у секретаря комитета комсомола, и совсем не ценили тех усилий, которые их хозяин постоянно прикладывал, чтобы удержать собственную прическу в строгих рамках существовавшей государственно-правовой идеологии. И теперь они торчали просто вызывающе, что не прошло мимо внимания одного из членов президиума.
– Антон, ты что, дома не ночевал? – с усмешкой спросил он. – Даже к зеркалу не успел подойти, как отправился в институт, а потом и на комсомольское собрание?
Воронцов бросил на него резкий взгляд:
– Где хочу, там и ночую. Это мое личное дело. Никто же не спрашивает, где ночевал ты.
Секретарь комитета комсомола, слегка прищурившись, посмотрел на Воронцова:
– Антон, у тебя есть что-нибудь по существу?
– А я и говорю по существу, но вы не даете.